Марк квинтилиан о воспитании оратора

Марк Фабий Квинтилиан: о воспитании оратора

Пожалуй, любого человека, связавшего свою жизнь с ораторским искусством, а, тем более, начинающих ораторов, беспокоит вопрос, как можно стать поистине выдающимся и непревзойдённым мастером красноречия. И что же может быть в этом вопросе лучше, чем, рекомендации и советы от настоящего Учителя ораторского искусства?

Да, нет сомнений в том, что и в нашем времени, и в минувших десяти- и столетиях можно найти великих людей, способных взбудоражить своими речами умы миллионов, но, как и во многих вопросах в нашей жизни, чтобы понять суть, нужно вернуться к корням. И если говорить об ораторском мастерстве, то его истоки следует искать в Древнем Риме, а именно – в трудах Марка Фабия Квинтилиана.

Для всех ораторов и просто охочих до интересных знаний людей мы подготовили материал, в котором расскажем о том, кто же такой Квинтилиан, и чему он учил.

Немного о Марке Фибии Квинтилиане

Марк Фабий Квинтилиан – римский учитель красноречия (ритор), а также автор самого полного учебника по ораторскому искусству, который дошел до человечества с античных времён, под названием «Наставления оратору». Данный труд был обязателен для изучения во всех школах Рима, как и сочинения Цицерона. Квинтилиана считают не только человеком, выразившим вкусы высшего общества Рима, но ещё и реформатором литературного стиля, первым профессиональным учителем, который основал государственную школу, и первым классиком гуманной педагогики.

Труд Квинтилиана «Наставления оратору» был написан в двенадцати томах. Это очень продуманная работа, в которой систематизирован огромный объём знаний по ораторскому искусству, а также обобщён собственный опыт автора. Собственно, об идеях Квинтилиана мы и поговорим далее.

Квинтилиан о воспитании оратора или основные идеи «Наставлений оратору»

Для начала отметим, что сам Квинтилиан говорит о труде оратора, что тот очень разнообразен и обширен, и сказать о нём всё просто невозможно. Однако в своей работе он предпринимает попытки изложить всё самое важное из традиционных правил.

Итак, по аналогии с Цицероном, Квинтилиан рисует образ оратора, как мудреца, совершенного как в своих нравах, так и в знаниях и качествах, необходимых для красноречия.

Говоря о воспитании будущего оратора, он говорит, что воспитывать его нужно с детских лет, и его учителя – родители, кормилицы и дядьки – должны учить его должным образом. В «Наставлении оратору» содержится огромнейшее количество методических рассуждений на тему обучения в детстве: учение должно представлять собой забаву, материал должен запоминаться учеником сознательно, и заниматься ученик должен обязательно чтением вслух и чистописанием.

Учитывая то, что речь оратора должна быть красивой, ясной и правильной, он должен изучать грамматику и эталонных ораторов, прозаиков и поэтов, а переходить к собственным сочинениям можно лишь после этого. Будущий мастер красноречия должен очень много знать – разбираться в музыке, философии, геометрии, произношении и других областях знаний.

Отдельная глава работы Квинтилиана посвящена и тому, как нужно работать учителю. Автор представляет систему особых упражнений, даёт рекомендации по чтению художественной литературы и речей именитых ораторов.

Квинтилиан считает, что риторические правила необязательно должны почитаться оратором как некие непреложные законы, ведь многое в них может изменяться, исходя из особенностей обстоятельств, ситуаций, времени и дел.

Кроме того, философ в своём труде отступает от уже ставших к его времени устоявшимися регламентов построения речей. Для него они представляют собой только руководство к действию, но не догмы – правила не должны ограничивать оратора в возможности быть самостоятельным. Автор приравнивает строгие ограничения к предписаниям полководцу, как ему располагать войска, но располагать их нужно так, как требует обстановка, а не шаблонно. Точно так же и в речах – оратор должен понимать сам, нужно выступление или нет, должно оно быть пространным, обращённым ко всем или к кому-то лично, требуется употреблять одну фигуру речи или другую, делать выступление длинным или коротким, непрерывным или разделённым на части и т.д.

Также важно сказать и о том, что Марк Фабий Квинтилиан разделяет риторику и речи на особые части, что в воспитании оратора также должно учитываться.

Разделение Квинтилиана риторики и речей

Согласно Квинтилиану, риторика может быть разделена на пять частей:

  • Изобретение
  • Расположение
  • Изложение
  • Память
  • Произнесение

Целями же оратора должны быть поучение, возбуждение и услаждение, однако не каждая речь может преследовать все три цели.

Таким образом, выделяются три типа речей:

  • Доказательный тип – связан, главным образом, с похвалой и порицанием: надгробными речами, речами в суде и т.п. Особого внимания, украшения и распространения требует именно похвала, которая может быть применена к людям, богам, городам и любым предметам.
  • Рассудительный тип – основная его задача состоит в предоставлении советов, например, на народных собраниях или на выступлениях в Сенате. Важное место в таких речах занимает положительное мнение общественности об ораторе. А сам он, учитывая то, что говорит о таких вещах как война, мир, пособия, подати и т.д. должен владеть информацией о нравах горожан и силе государства.
  • Судебный тип – предназначается для обвинения или защиты. Данный тип речи состоит из пяти элементов: вступление, повествование, доказательство, опровержение и заключение. Естественно, автор объясняет и суть применения этой схемы.

Будущий оратор должен знать, что в заключение речи необходимо прибегать к возбуждению страстей, и то, насколько ему это удаётся, говорит о его красноречии и успехе. В особенности это касается судебных дел, где результат зависит как от доказательств, так и от способности оратора убеждать слушателей и судей, оказывая на них эмоциональное воздействие.

По словам Квинтилиана, оратор должен избегать в своих речах высокопарности, пышности и высокомерия, но говорить кротко и скромно. Достаточно даже того, что оратор будет просто говорить выразительно, приятно и точно. Страсть, в свою очередь, является выражением соболезнования, гнева, негодования, страха и ненависти. В итоге ритор заключает, что верх красноречия касаемо возбуждения страстей заключается в том, чтобы оратор сам был ими движим. Всё это говорит о том, что Квинтилиан отводит в ораторском искусстве особую роль именно психологическому аспекту.

Что значит быть красноречивым?

Искусство красноречия, согласно Квинтилиану, состоит, прежде всего, в том, чтобы, всё, о чём думает оратор, могло быть выражено словами и донесено до слушателей. Исходя из этого, слова оратора должны не только быть чисты и ясны, но и соответствовать его намерению, а также быть грамотно, правильно и красиво расположены.

Однако если человек умеет говорить ясно и исправно, как утверждает Квинтилиан, это ещё не означает, что он оратор. Основное отличие оратора от простого человека, умеющего говорить, состоит в красоте и изяществе речей, т.к. именно это способно приносить удивление и удовольствие.

И, рассуждая на эту тему, Квинтилиан ссылается на Цицерона, говорящего о том, что красноречие, которое не вызывает удивления, не может считаться красноречием. Но любое украшение речи должно соотноситься с целью и предметом речи, а также брать во внимание аудиторию. Здесь также говорится, что оратор должен учитывать два важнейших момента, заключающихся в создании рода слововыражения и произнесении речи. По этой причине нужно знать, что должно быть в речи возвеличено или унижено, что должно быть произнесено со стремительностью или скромностью, что может быть забавным, а что – важным, что должно быть кратким, а что – пространным.

Идеи Квинтилиана на самом деле бесценны, но невозможно изложить в маленьком тексте даже небольшую часть основных положений такого великого труда как «Наставления оратору», да ещё и написанного в двенадцати томах. Однако уловить самую суть можно – оратор должен воспитываться так, чтобы стать всесторонне развитой, умной, адекватной и зрелой личностью, а для этого мало одного только умения грамотно и красиво изъясняться. Именно об этом во всех деталях и подробностях рассказывает Марк Фабий Квинтилиан.

Квинтилиан, наряду с самыми видными теоретиками красноречия и ораторами Древнего Рима и Древней Греции, смог познать тайны слова и сделать неоценимую работу по расширению границ его познания и обоснованию теоретических и практических принципов ораторского искусства, беря за основу свой опыт и анализируя непревзойдённые речи знаменитых ораторов своей и прежних эпох.

«Наставления оратору» — это поистине величайший труд, который без тени сомнения можно назвать настоящей жемчужиной исследования искусства красноречия. И никто, ни до, ни после Квинтилиана не создавал подобных работ, где так тщательно и подробно представлен теоретический анализ ораторского мастерства.

Если у вас есть задача взрастить себя как истинного мастера слова, то «Наставления оратору» — это наставления вам!

Книга первая. О воспитании будущего Оратора

Глава первая повествует о воспитании будущего Оратора. Отец должен с рождения иметь к нему добрую надежду. Бывает, что в отроках блещет много обещающая надежда, но с годами она исчезает. И здесь не природа виновата, а воспитание. Квинтилиан согласен с тем, что у одного ума может больше, чем у другого, но все через прилежание могут преуспеть. И всякий родитель должен заботиться об этом. Уже кормилица должна быть с хорошим выговором и нравом. А родители должны быть как можно более просвещены. Такое же внимание нужно обращать на сверстников, друзей и прочее окружение воспитываемого Оратора.

Воспитывать Оратора трудно. Потребуются непрерывные упражнения, превосходные учителя.

Нет необходимости ждать семилетнего возраста для начала образования. «Упражнение, какое ни есть, ему нужно». Приобретая знания раньше, можно сэкономить время в будущем для других знаний. И «что нужно знать, тому нехорошо начинать поздно учиться».

Учение должно быть в радость, необходимы поощрения просьбами и похвалами, соревнования со сверстниками и пр.

Учёбу письму Квинтилиан комментирует тоже миловидно: «Для прописей давать не пустые какие-нибудь мнения, но чему ни есть доброму наставляющие». И советует начинать учение с греческого языка.

Глава вторая отвечает на вопрос, лучше учить детей дома или отдавать в училища? Квинтилиан опровергает возражение против училищ, доказывая, что 1)в них не портятся нравы – осуждает «гибельную потачку родителей», 2) училища не вредят успехам в учении. Некоторые родители опасаются, что в кругу товарищей, «к порокам весьма наклонном», трудно предохранить от разврата, что учитель будет полезнее, если займётся одним учеником. Портятся нравы? Автор признаёт, «сие иногда случается». Но то же может быть и дома. Здесь зависит всё от доброго нрава учителя и беспечности или благоразумия родителей: «Тотчас мы сами начинаем расслаблять их разными потворствами». «Нежное и потачливое» воспитание вредно. Теперь о мнении, что учитель с одним учеником будет больше заниматься. Но что мешает в училище приставить наставника? И хороший учитель всегда желает иметь больше слушателей, а вот человек посредственный не пренебрегает местом в частном доме.

Будущий Оратор в училище будет привыкать к многолюдству и состязательности. Там дитя будет осваивать общественные ценности. Всё это даст больше охоты к учению, чем увещания учителей и советы родителей. В училище ребёнок станет подражать успехам сверстников, что легче, чем подражать совершенству красноречия учителя сразу. И сами учителя там живее словом: «Мы чувствуем некое тайное отвращение изъявлять перед одним слушателем красноречие, многими трудами приобретаемое, даже стыдно бывает отступать тогда от обыкновенной речи». Было бы даже странно видеть человека, выступающего перед одним слушателем со всеми ораторскими действиями.

Во второй главе Квинтилиан рассказывает, как распознавать способности в детях: наставник должен узнать свойства ума и склонности отрока. Особенный признак – память. Выделяет прилежность и внимание.

Здесь же автор пишет, как с ними обходиться: «Иной требует понуждения, другой не терпит строгих приказаний; тот возбуждается страхом, а у другого тем же самым отнимается бодрость; иной успевает от постоянного прилежания, другой – от повременных порывов».

Необходимо «давать роздых». Отдохнув, дети охотнее принимаются за учение, и ум, которому свойственна свобода, становится бодрее. Игра необходима. Она вносит живость. Но надобно хранить меру, чтобы не родилась привычка к праздности.

Не наказывать детей телесно, хотя этот обычай почти всеми принят. Это подло и унизительно. Ныне проступки происходят от нерадения учителей и исправляются, по-видимому, не только обращением к хорошему, но и наказанием. Дурной ребёнок привыкнет к побоям и станет упрямо терпеть.

Глава четвёртая «О грамматике». Здесь помещены разделы: 1)похвала грамматике (Предпочтение греческой. Деление на две части: правила выражения мысли и чтение «Стихотворцев».); 2)три достоинства в речи: правильность, ясность и красота; 3)слова основываются на причине, давности, образцах и употреблении: «Речь должна быть подобна ходячей монете в целом обществе». Рекомендует употреблять старые слова, поскольку те придают речи величавость и приятность, но так, чтобы речь оставалась понятной. В итоге, «между новыми словами лучше те, кои постарее, между старыми, кои поновее». Не надо брать за правило привычку многих к «погрешительным выражениям»; 4) о правописании. Советует, где не противно обычаю, писать слова, как они слышаться.

Читайте также  Номинации для женщин коллег на 8 марта

«Какие книги читать прежде и как читать надобно детям», автор пишет в главе пятой. Надобно, чтобы ученик разумел, что читает. В основном, речь идёт о стихотворных произведениях. Воздействие на душу предпочтительнее воздействия на разум. Совет начинать с Гомера или Виргилия, хотя для их осмысления требуется зрелый рассудок. Поэтому не стоит довольствоваться однократным чтением. Надлежит выбирать не только Сочинителей, но и места в сочинениях, поскольку греки позволяют себе излишнюю вольность.

Полезно объяснять значения слов, прибавить «исторические и баснословные объяснения».

В шестой главе речь идёт «О первых упражнениях в сочинении под руководством Грамматика». Должность Грамматика – показать правила языка (грамматическая часть) и чтение (историческая часть). Полезно заставлять пересказывать эзоповы басни в «выражениях чистых» и записывать, разлагать стихи в прозу, объяснять изречения знаменитых мужёй.

«Разные науки знать должно детям, ещё прежде Риторики. Нужны ли те науки будущему Оратору?» (Глава седьмая). Есть знания, которые сами составляют особенную науку, и без них успеть в красноречии нельзя, но и они одни не делают Оратора совершенным. Тогда нужны ли они для нашего намерения? Зачем, когда в суде мы кого-либо защищаем, знать, каким образом составляется равносторонний треугольник? Лучше ли сможет защитить, кто « умеет поимянно отличать звуки и расстановки гитары?» Но Квинтилиан, как и Цицерон в письмах к Бруту, представляет себе Оратора, совершенного во всём. Эти знания необходимы, «чтобы ни в чём не подвергался он обману». Красноречие требует многих наук, которые хотя и не видны в речи, но сообщают сокровенную некую силу. И не быть великим, если «хотя малого не достаёт».

Глава восьмая – «О музыке. Польза от неё». Музыка, «из наук и искусств всех древнее» и имеет связь с познанием вещей божественных. Если так, то она нужна Оратору, иначе красноречие не будет совершенным. И любые рассуждения о музыке у Квинтилиана ведут к восхвалению её живительности. Она учит регулировать голос так, чтобы возбуждать слушателей, вызывать негодование или сострадание. И телодвижения становятся благопристойными и непринуждёнными. И если мы убедились в пользе «Стихотворства», то и в пользе музыки убедимся. Лирически читать не можно без музыки.

В следующей главе разговор идёт (именно разговор. Квинтилиан часто обращается к читателю с вопросами и другими способами поддерживает его включение в тему.) о геометрии. Она «приводит в деятельность ум, изощряет его и, следовательно, делает способнейшим понимать вещи». Изучать не только, чтобы не быть невеждой, но чтобы научиться порядку. Наконец, «самые сильные доводы называются обыкновенно Геометрическими доказательствами». Геометрия вносит в речь Оратора убедительность.

Глава десятая говорит: «Произношению надобно несколько учиться у комедиантов», а «телодвижения перенимать от борцов». Но «не во всяком движении тела надобно снимать образец с комедиантов». Необходимо, чтобы дети договаривали последние слоги, чтобы речь была уверенная, чтобы говорящий смотрел прямо, не кривил рта, не смотрел вверх и не потуплял глаза и пр., что «портит действие». Телесные упражнения полезны. Но Квинтилиан осуждает «те места, где атлеты одну часть жизни употребляют на то, чтобы натираться маслом, другую – чтоб упиваться вином, и, живя для тела, убивают только душу». Физические упражнения необходимы для исправления недостатков.

Глава десятая. В молодых летах можно учиться многому в одно и то же время. 1. Ибо таково свойство ума человека, что многим вдруг заниматься. 2. Что труды в учении удобнее переносят отроки. «Дети всё перенимают легче, нежели возмужалые». 3. Леность только мешает Оратору многому научиться. Полезно постепенно «увеличивать затруднения».

Педагогические взгляды Квинтилиана. Марк квинтилиан. о воспитании оратора

Краткая биография

Начав свою деятельность при школе, организованной императором Титом Флавием Веспассианом, выдающийся оратор Марк Фабий Квинтилиан стал уважаемым профессором и гласом высшего римского общества. По мнению историков, он был ярым поклонником творчества Цицерона, но при этом смог полностью изменить литературный стиль своего времени.

Вам будет интересно:Фердинанд Магеллан: биография, открытия мореплавателя, история кругосветного путешествия

Поэтами рождаются, ораторами становятся!

В этом и заключается суть его учений. Главное правило оратора — встать на путь правил и наставлений. Здесь недостаточно родиться с даром красноречия, необходимо уметь с ним управляться. Оратор создает правила выбора слов, логично располагает их в предложениях, отбрасывает неуместные детали и доносит истинный смысл до своих слушателей.

«Кто? Что? Где? Когда? Чем? Как? Почему?» — вот таким образом выглядит модель, созданная риториком. И до сих пор его рекомендации о том, как правильно строить предложения, используются во многих профессиях в настоящее время.

По Квинтилиану, оратор — мудрец, несущий истину народу. И для истины мало обладать необходимыми природными данными. С этикой, умеренностью и логикой они в совокупности дают тот самый результат.

КВИНТИЛИА́Н

КВИНТИЛИА́Н Марк Фа­бий (Marcus Fa­bius Quintilianus) (ок. 35, Ка­ла­гур­рис, ны­не Ка­ла­ор­ра, Ис­па­ния – по­сле 96, Рим), рим. ри­тор, тео­ре­тик ора­тор­ско­го ис­кус­ст­ва. Учил­ся в Ри­ме у из­вест­но­го грам­ма­ти­ка Рем­мия Па­ле­мо­на и ора­то­ра До­ми­ция Аф­ра. По окон­ча­нии обу­че­ния К. от­пра­вил­ся на ро­ди­ну, но в 68 вер­нул­ся в Рим в сви­те но­во­го имп. Галь­бы. Стал учи­те­лем крас­но­ре­чия; по рас­по­ря­же­нию имп. Вес­па­сиа­на пер­вым из рим. пе­да­го­гов удо­сто­ил­ся чес­ти по­лу­чать за свою ра­бо­ту жа­ло­ва­нье из гос. каз­ны. От­крыл ри­тор­скую шко­лу; сре­ди уче­ни­ков – Пли­ний Млад­ший, воз­мож­но, Та­цит и Юве­нал, а так­же вну­ча­тые пле­мян­ни­ки имп. До­ми­циа­на. Ав­тор книг «О при­чи­нах упад­ка крас­но­ре­чия» («De causis corruptae eloqu­en­tiae»; не сохр.) и «Вос­пи­та­ние ора­то­ра» («In­sti­tutio oratoria», ок. 94). До­шед­шие под име­нем К. сб-ки дек­ла­ма­ций [т. н. «Стар­шие дек­ла­ма­ции» («Declama­tio­nes mai­o­res»), все­го 19; «Млад­шие дек­ла­ма­ции» («Declamationes minores»), сохр. 145 из 388], ве­ро­ят­но, бы­ли ему при­пи­са­ны.

Два­дца­ти­лет­ний опыт пе­да­го­гич. ра­бо­ты К. обоб­щён в кн. «Вос­пи­та­ние ора­то­ра» («Institutio oratoria», кн. 1–12) – са­мом об­шир­ном из до­шед­ших до нас из­ло­же­ний тео­рии ора­тор­ско­го иск-ва, на­пи­сан­ном, од­на­ко, не в тра­диц. фор­ме ри­то­рич. трак­та­та, но в фор­ме пе­да­го­гич. тру­да, ко­то­рый пред­на­зна­чен для учи­те­ля ри­то­ри­ки. 1-я кни­га со­дер­жит све­де­ния о до­маш­нем вос­пи­та­нии маль­чи­ка (за­ня­тия грам­ма­ти­кой, му­зы­кой и гео­мет­ри­ей рас­смат­ри­ва­ют­ся как пред­ва­рит. сту­пень в под­го­тов­ке ора­то­ра); 2–3-я кни­ги пред­став­ля­ют со­бой об­щее вве­де­ние в ри­то­ри­ку (эле­мен­ты ри­то­рич. об­ра­зо­ва­ния, оп­ре­де­ле­ние ри­то­ри­ки как нау­ки, её про­ис­хо­ж­де­ние); 4–6-я по­свя­ще­ны час­тям ора­тор­ской ре­чи (в 6-й из­ло­же­ны так­же уче­ния об это­се и па­фо­се и об ост­ро­умии); в 7–11-й трак­ту­ют­ся разл. по­ня­тия ри­то­ри­ки (в т. ч. тро­пы и фи­гу­ры ре­чи). 12-я кни­га со­дер­жит ука­за­ния ора­то­ру, свя­зан­ные с его жиз­нью и по­ве­де­ни­ем. От­ка­зы­ва­ясь ви­деть в крас­но­ре­чии лишь тех­нич. сред­ст­во убе­ж­де­ния, К. стре­мит­ся под­вес­ти под не­го нрав­ст­вен­ный фун­да­мент: по­сколь­ку ри­то­ри­ка слу­жит об­ществ. бла­гу, хо­ро­шим ора­то­ром мо­жет быть толь­ко хо­ро­ший – вы­со­ко­нрав­ст­вен­ный и доб­ро­де­тель­ный – гра­ж­да­нин (vir bonus). В ос­но­ву об­ра­зо­ват. про­грам­мы К. лег­ли взгля­ды Ци­це­ро­на, ко­то­рый на­стаи­вал на обя­зат. фи­лос. об­ра­зо­ва­нии ора­то­ра, зна­нии им пра­ва и ис­то­рии. Для ис­то­рии лит-ры осо­бое зна­че­ние име­ет 10-я кни­га, где рас­смат­ри­ва­ют­ся греч. и рим. пи­са­те­ли, чте­ние ко­то­рых важ­но для вос­пи­та­ния ора­то­ра. Стре­мясь ус­та­но­вить иде­ал лит. сти­ля, К. от­да­ёт пред­поч­те­ние яс­но­сти, про­сто­те, гар­мо­нич. урав­но­ве­шен­но­сти, его прин­цип: «ни­че­го не­дос­таю­ще­го – и ни­че­го из­бы­точ­но­го» (кн. 8, 2, 22). Идеа­лом бла­го­род­но­го сти­ля для К. слу­жит Ци­це­рон, пре­до­су­ди­тель­ным при­ме­ром ма­нер­но­сти и на­пы­щен­но­сти – Се­не­ка. В эпо­хи позд­ней ан­тич­но­сти и Сред­не­ве­ко­вья трак­тат К. был ма­ло­из­вес­тен (зна­ком­ст­во с ним об­на­ру­жи­ва­ют Ие­ро­ним Бла­жен­ный и Кас­сио­дор). По­сле то­го как в 1416 Под­жо Брач­чо­ли­ни был най­ден пол­ный текст «Вос­пи­та­ния ора­то­ра», пе­да­го­гич. идеи К. при­об­ре­ли ши­ро­кую по­пу­ляр­ность и со­хра­ня­ли своё зна­че­ние вплоть до 17 в. На рус. яз. трак­тат К. пе­ре­ве­дён в 1834 А. С. Ни­коль­ским.

Риторика Квинтилиана

Изучив огромное количество древнегреческих и некоторых римских трудов, Марк Фабий Квинтилиан разделил риторику на 5 постулатов. Виды речи он подразделяет на похвальные и порицательные, судебные речи и рассуждения.

Одним из самых важных моментов речи, по его мнению, является интонация, которая может направить речь течь в правильное русло. То же самое касается жестикуляции и умения вовремя остановиться. Эти качества помогут вызвать смех, ужас, сожаление, сочувствие — весь спектр человеческих эмоций, которые способны вызвать симпатию у публики или убедить судей, когда оратору будет угодно.

Марк Фабий Квинтилиан о воспитании оратора

Нет неспособных детей, но необходимо принимать во внимание личные качества и способности каждого из них. Именно такой подход использовал Квинтилиан, обучая своих учеников. Он придерживался трех основных ступеней, говоря о том, что детей сначала нужно научить подражанию и необходимым правилам, а затем только давать возможность упражняться.

Вам будет интересно:Находиться под эгидой — это значит… Слово в прямом и в переносном смысле

Индивидуальное обучение он не признавал. По его мнению, именно нахождение в обществе позволяет человеку взять под контроль самого себя. В дружеских отношениях нет места материальному убеждению, поэтому добиться своего можно лишь словом и делом.

От телесных наказаний нужно отказаться. Самое главное для ребенка — как можно раньше обрести свое «Я». Хорошие отношения между учеником и учителем — залог трудолюбия. Изучение грамматики и чтение правильных книг помогут в умственном развитии и нравственном воспитании. Не стоит пренебрегать и чистописанием. Обучение нужно начинать как можно раньше, не важно, что поначалу дети смогут выучить немногое, зато год за годом, собирая крупицу за крупицей знаний, они достигнут желаемых высот. От природы все дети имеют талант, но без должного воспитания его не раскрыть.

Разделение Квинтилиана риторики и речей

Согласно Квинтилиану, риторика может быть разделена на пять частей:

  • Изобретение
  • Расположение
  • Изложение
  • Память
  • Произнесение

Целями же оратора должны быть поучение, возбуждение и услаждение, однако не каждая речь может преследовать все три цели.

Таким образом, выделяются три типа речей:

  • Доказательный тип – связан, главным образом, с похвалой и порицанием: надгробными речами, речами в суде и т.п. Особого внимания, украшения и распространения требует именно похвала, которая может быть применена к людям, богам, городам и любым предметам.
  • Рассудительный тип – основная его задача состоит в предоставлении советов, например, на народных собраниях или на выступлениях в Сенате. Важное место в таких речах занимает положительное мнение общественности об ораторе. А сам он, учитывая то, что говорит о таких вещах как война, мир, пособия, подати и т.д. должен владеть информацией о нравах горожан и силе государства.
  • Судебный тип – предназначается для обвинения или защиты. Данный тип речи состоит из пяти элементов: вступление, повествование, доказательство, опровержение и заключение. Естественно, автор объясняет и суть применения этой схемы.

Будущий оратор должен знать, что в заключение речи необходимо прибегать к возбуждению страстей, и то, насколько ему это удаётся, говорит о его красноречии и успехе. В особенности это касается судебных дел, где результат зависит как от доказательств, так и от способности оратора убеждать слушателей и судей, оказывая на них эмоциональное воздействие.

По словам Квинтилиана, оратор должен избегать в своих речах высокопарности, пышности и высокомерия, но говорить кротко и скромно. Достаточно даже того, что оратор будет просто говорить выразительно, приятно и точно. Страсть, в свою очередь, является выражением соболезнования, гнева, негодования, страха и ненависти. В итоге ритор заключает, что верх красноречия касаемо возбуждения страстей заключается в том, чтобы оратор сам был ими движим. Всё это говорит о том, что Квинтилиан отводит в ораторском искусстве особую роль именно психологическому аспекту.

Произведения

В сочинения Марка Фабия Квинтилиана «Наставления оратору» вошло двенадцать книг, каждая из которых посвящена отдельному вопросу в рамках всей темы. Так, первый том рассматривает вопросы воспитания ребенка (мальчика) родителями. Во втором раскрывается суть обучения в риторической школе. С третьего по девятый Квинтилиан рассказывает о теории ораторского мастерства. Десятый анализирует полезные для будущего оратора произведения. В одиннадцатом приведены ораторские приемы, а двенадцатая книга подводит итог всей работе, составляя образ идеального оратора — человека высокой нравственности и морали с широким кругозором и гибким умом.

Он создал данный цикл книг благодаря уговорам своих учеников и товарищей. Ссылаясь на то, что и до него было создано достаточно трудов на эту тему, Марк Фабий долгое время не хотел браться за работу, но в конечном итоге он решил, что никто кроме него не сможет собрать, систематизировать и описать все необходимые моменты, которые важны для обучения. Так и был создан великий труд, в основу которого легла важность единства безукоризненного стиля и содержания.

Основные правила

Речь должна полностью раскрывать смысл и нести истину, но не быть продолжительной сверх меры. В ней должны присутствовать слова, которые ее оживят, но не перегрузят. Оратор должен обладать бойким и смелым словом, но при этом не оскорбительно дерзким. Оратору необходимо поставить три цели, которые определят направление речи: убеждение, услаждение, увлечение. Нельзя говорить о том, о чем не имеешь ни малейшего представления, ведь тогда слово станет далеким от действительности.

Читайте также  Бывший муж меня избегает что значит

Никакие правила и наставления не могут существовать без таланта. Верно и обратное. Речь — это материал, данный человеку от природы, но без умения человека ею владеть она превращается в пустой звук, который не достоин внимания.

Теория и практика тесно взаимосвязаны. Нет смысла что-либо изучать, не имея возможности применять свои знания. Практика без теории может существовать, так как необходимый материал приобретается по мере накопления опыта, но наибольший эффект достигается только при их грамотном сочетании.

Подражание должно стать инструментом оратора в совершенствовании своих навыков, но ни в коем случае не стать целью. Изучая высказывания древних мыслителей, можно научиться правильному, благородному стилю изложения мысли. Хоть ораторское и писательское искусства и отличны друг от друга, цитирование значимых произведений может показать глубину знаний оратора, что гораздо больше привлечет внимание и поможет убедить слушателей, но только оно достойно использования. Заимствование мыслей и бесконтрольное подражание начисто лишат оратора его индивидуальности.

Полное собрание всех двенадцати книг Марка Фабия Квинтилиана сохранилось и до наших дней, чего нельзя сказать о первом его сочинении, от которого осталось лишь название.

Квинтилиан, – его влияние на школу и церковное красноречие

Квинтилиан, – его влияние на школу и церковное красноречие. – Марк Фабий Квинтилиан (Marcus Fabиus Qnintilianus), известный римский ритор-адвокат, еще более известен как педагог вообще и учитель красноречия в частности. Влияние его педагогических воззрений и особенно риторических правил сказалось весьма ощутительно не только на западноевропейской школе средних и позднейших веков, но также и на духовной школе русской.

Год рождения и год смерти Квинтилиана в точности неизвестны. С большею или меньшею достоверностью можно утверждать только то, что он родился в четвертом десятилетии I-го века, а умер во втором десятилетии II-го века по Р. Хр. Родиною его был город Калагуррис в Испании на Ибере (ныне Калагорра на р. Эбро в старой Кастилии), но уже в детстве он переселился в Рим, где отец его был учителем риторики. Здесь Квинтилиан и получил свое школьное образование, слушая лучших ораторов того времени: Домиция Афра (Африканца), Юлия Африкана и др. По окончании образования, он отправился на свою родину и был там учителем красноречия до воцарения Гальбы. Когда же Гальба провозглашен был императором (в 68 г. по Р. Хр.), Квинтилиан возвратился опять в Рим и сделался адвокатом. После нескольких лет адвокатской деятельности он выступил в роли публичного преподавателя красноречия и был первым professor’ом eloqnentiae, получавшим жалованье из государственной казны (по распоряжению Веспасиана, до которого все школьное образование в Риме было делом частной инициативы и предприимчивости). В этом звании профессора Квинтилиан пользовался такою славой и авторитетом, что знаменитейшие римляне посещали его лекции. Напр., Плиний Младший с гордостью называет его своим учителем и с удовольствием вспоминает о времени посещения его школы. Марциал называет его «славою римской тоги» (gloria Romanae togae) и «верховным руководителем блуждающей молодежи» (vagae moderator summe juventae), отмечая тем огромное влияние его на литературное направление учившейся молодежи, которую он всячески старался предохранить от испорченного ораторского вкуса и возвратить к изучению образцовых классических писателей – римских и греческих.

Впоследствии даже император Домициан поручил ему воспитание внуков своей сестры Домициллы и наградил его за педагогическую деятельность знаками консульского достоинства (ornamenta consularia). Эта педагогическая деятельность Квинтилиана в Риме продолжалась двадцать лет.

Покончив с нею, он предался литературной деятельности, главным плодом которой было замечательное сочинение De institutione oratoria («Об ораторском образовании») в 12 книгах, посвященное близкому другу его, ритору Викторию Марцеллу 14 . Сам Квинтилиан так намечает вкратце общее содержание и план своего сочинения: «Книга первая будет заключать в себе то, что предшествует званию ритора; во второй мы рассмотрим первые элементы риторического образования и вопрос о сущности риторики; пять дальнейших книг будут посвящены изобретению и расположению самого предмета речей (inventio et dispositio), а четыре следующие – ораторскому выражению (elocutio), заучиванью на память (memoria) и произношению (pronuntiatio) речей. К этому присоединится еще книга, в которой будет изображен нами сам оратор, и в которой мы, по мере сил своих, будем рассуждать о его нравственности, об основных началах, по каким он должен предпринимать, изучать и вести процессы, о том какой род красноречия он должен избирать, когда следует ему прекращать ведение процессов и каким занятиям предаться после этого» (Prooem.).

Исходным пунктом сочинения Квинтилиана служит та мысль, что для совершенного оратора необходима добродетель, что оратор должен быть не только красноречив и умственно развит, но прежде всего честен и благороден, ибо для общественного, равно как и для частного блага нет ничего пагубнее красноречия, решившегося служить злу. Аксиомою является положение: «nemo orator, nisi vir bonus». Исходя из этого положения, Квинтилиан, естественно, и в целях собственно ораторского образования должен был войти в подробности относительно воспитания вообще, начиная с раннего детства (a lacte cunisque). Оттого-то в его Inst, orat. мы находим не одну риторику, но вместе и педагогику (преимущественно в первых двух книгах, – в первой о домашнем воспитании, во второй о школьном образовании). И должно признать, что педагогика Квинтилиана содержит в себе очень много здравых и вполне гуманных мыслей, не утративших значения даже для нашего времени. При чтении этого произведения непосредственно чувствуется, что здесь говорит человек, прекрасно знакомый с делом образования юношества не только в теории, но и на практике, беспредельно любящий это дело и вложивший в него все свои силы, к тому же обладающий – при громадной начитанности – сильным критическом талантом.

Неудивительно поэтому, если труд Квинтилиана пользовался весьма большим уважением в школах средних и дальнейших веков, а также у разных писателей трактовавших вопросы воспитания и – специально-риторического образования. Уже блаж. Иероним в известном письме к Лете (о воспитании дочери ее Павлы) воспроизводит почти буквально многие мысли Квинтилиана касательно первоначального воспитания и обучения ребенка. Таков, напр., совет его сделать для девочки азбучные буквы из слоновой кости, чтобы, забавляясь ими, она легко и с приятностью научилась читать; таков же совет не затверживать букв только в порядке алфавита, но часто приводить азбуку в беспорядок, перемешивая буквы последние со средними и первыми, чтобы девочка узнавала их не только по звуку, но и по виду; таков, далее, оригинальный прием обучения письму, состоящий в том, что буквы вырезывались на доске и по этим углублениям, как бы по бороздкам, ребенок водил стилем или грифелем, дабы механически приучить руку к надлежащим движениям (ср. у Квинтилиана: non inutile erit ductus tabellae quamoptime insculpi, ut per illos velut sulcos ducatur stylus) 15 ; затем, общее требование, чтобы ребенок побуждался к учению соревнованием с подругами и подстрекался к тому отнюдь не угрозами и наказаниями, а похвалами, и чтобы учителем к нему с самого начала был приставлен человек доброй жизни и с хорошими сведениями, причем делается ссылка на пример Аристотеля при сыне Филиппа, – все это (как и многое другое, не приводимое здесь нами) представляет повторение Квинтилиана (lib. I, cap. 1). По свидетельству блаж. Иеронима (в письме к ритору Магну), и св. Иларий пиктавийский как в слоге, так и в числе сочинений «подражал двенадцати книгам Квинтилиана».

В средневековых монастырских школах долгое время (до самой эпохи Каролингов) риторика изучалась преимущественно по lnstit. orator. Но затем оно было оставлено и совсем забыто на несколько столетий. В свое время Петрарка пришел в великий восторг, когда (в 1350 г.) получил в подарок рукопись этого сочинения, рукопись – увы! – порванную и растерзанную (oratoriarum institutionum liber – heu! – discerptus et lacer ve it ad manus meas), в которой недоставало целой половины и в тексте было много пропусков. Но трудно даже представить себе радость гуманистов, когда Поджио нашел полный экземпляр этого сочинения в пыли и плесени монастырской библиотеки в Сент-Галлене. Это случилось зимою 1415 (на 1416й г.). «О lucrum ingens! – писал папский секретарь Леонардо Бруни счастливцу Poggio в ответ на известие о находке, – insperatum gaudium! ego te, Marce Fabi, quando te integrum aspiciam, et quantus tu mihi turn eris. Oro te, Poggi, fac me quam cito hujus desiderii compotem, ut. hunc prius viderim, quam e vita discedam. Quintiliauus, rhetoricae pater et oratoriae magister ejusmodi est, ut quum tu illum diuturuo ac ferreo barbarorum carcere liberatuin hue miseris, onmes Hetruriae populi concurrere gratulatum debeant». С того времени знакомство с Квинтилианом стало быстро распространяться по всей просвещенной Европе. Среди гуманистов вскоре нашлись такие почитатели Квинтилиана, которые (Л. Валла) отважились превозносить его пред Цицероном, указывая у последнего ошибки в его риторическом учении и недостатки его в ораторском искусстве. Другие чрезвычайно восторгались им, как педагогом. Напр., немецкий гуманист Бебель (нач. XVI в.) в сочинении своем De institutione puerorum, высказывая Квинтилиановские мысли о необходимости выбирать хороших учителей с самого начала обучения или, за отсутствием таковых, по крайней мере не зараженных самомнением, присоединяет следующее выразительное замечание: hoc te поп ego, sed optiimus juventutis doctor, Fabius libro primo institutionum docet bracteato propheticoque oraculo» (затем следуют подлинные слова Квинтилиана о педагогах). И все это небольшое сочинение, почти сплошь усеянное ссылками на Квинтилиана, с неопровержимостью доказывает, что последний действительно был для (малоизвестного) автора педагогическим «оракулом» и «наилучшим учителем юношества». Но таким он был и для знаменитого Эразма Роттердамского с Меланхтоном. Эразм в сочинении Dе ratione studii заявил о Квинтилиане следующее: «Он так тщательно писал о преподавании, что писать после него о том же предмете будет чуть ли не наглостью».

Упомянутый выше труд Ролленя был переведен и на русский язык, под заглавием: «Способ, которым можно учить и обучаться словесным наукам»,. и неоднократно издан при Императорской Академии Наук в конце XVIII века. А в 1834 г. тою же Академией был издан русский перевод самого Квинтилиана, сделанный членом ее Александром Никольским, под заглавием: «Марка Фабия Квинтилиана двенадцать книг риторических наставлений», в 2-х частях. Таким образом, и русское юношество в большей или меньшей мере должно было освоиться с идеями Квинтилиана. И главным образом это должно сказать относительно юношества, обучавшегося в духовных школах. Царивший в них в конце XVIII и начале XIX вв. учебник риторики Бургия (Еlеmenta oratoria, Mosquae, typis Sanctissimae Synodi) пестрит множеством цитат и буквальных выписок из Квинтилиана. Да и к самому подлиннику римского учителя красноречия обращались в старых духовных Семинариях нередко. Напр., в Троицкой Лаврской Семинарии, – по свидетельству историка ее прот. С. К. Смирнова, – «читали и Квинтилиана, из которого чаще других брали статьи de oratore, de comparatione Demosthenis et Ciceronis, de imitatione» (стр. 316).

Но наиболее устойчивым оказалось влияние Квинтилиана на науку церковного красноречия. Курсы гомилетики со времен Рейхлина и Меланхтона, можно сказать, до наших дней не обходятся без ссылок на его авторитет. Не говорим уже о тех авторах, которые (как, напр., A. Vinet) полагали, что гомилетика есть ни что иное, как вид риторики: – такое воззрение, конечно, давало им ближайший повод и право черпать полною рукой практические указания из наставлений Квинтилиана. Но и те гомилеты, которые находили, что классическая риторика и христианская гомилетика не совпадают между собою, пользовались Квинтилианом в такой же мере на том основании, что обе эти науки выходят в сущности от одних и тех же законов. И вот мы видам, что одни гомилеты (Gisbert в XVIII в.) во главу своих теорий полагают аксиому: «Nul predicateur, «s’il n’est hoinme de bien» (прпспособление Квинтилиановского «nemo orator, nisi vir bonus») и даже пытаются из этого одного основоположения вывести все правила, упорядочивающие служение церковного оратора (Theremin, Die Beredsamkeit eine Tugend, 1814. 1837 г., вновь изд. и в 1888 г.); другие неизменно подкрепляют авторитетом Квинтилиана многие частные отделы своих курсов, причем признаются откровенно, что по некоторым вопросам гомилетики лучше Квинтилиана сказать не удастся. Jungmann, напр., рассуждая об ораторском действовании, выписывает длиннейшие тирады из Квинтилиана и прямо заявляет, что последний «в одиннадцатой книге своих Ораторских Наставлений так хорошо говорит об этом предмете, что все новейшие писатели мало что прибавили к его указаниям и большею частью только переводили его» (Theorie der geistlichen Beredsamkeit, 1877). Но, если судить по обилию выписок пз Квинтилиана в курсе Юнгмана, выписок к тому же очень пространных (по 3, 4 и более страниц), то можно подумать, что и о многих других предметах гомилетики древнеримский учитель красноречия говорил столь же хорошо.

Читайте также  Новый год в китайском стиле сценарий

И наш известный гомилет, покойный Як. Амфитеатров, несомненно, также понимал высокое достоинство Квинтилиановских наставлений, и в своих «Чтениях о церковной словесности» нередко в точности следовал им (особенно в отделах о произношении речей и об ораторском действовании).

По некоторым, труд Квинтилиана озаглавливается: «Institutions oratoriae» – «Ораторские наставления». Другие сочинения его – De causis corruptae eloquentiae и речь в ващиту Невия Арпиниана – до нас не сохранились.

Кстати заметим: этот прием обучения письму рекомендовали некоторые педагоги X IX стол.: – Гербарт с роговыми дощечками и Шмитт с металлическими листами и стальными перьями.

Квинтилиан. О воспитании оратора

Квинтилиан – римский ритор, автор учебника ораторского искусства «Воспитание оратора».

Как только родится сын, отец должен с того же самого времени возложить на него самые лучшие надежды. Это сделает его более заботливым с самого начала. Ведь мы несправедливо жалуемся, будто бы природа весьма немногим людям дала способность к наукам и будто бы большинство, по своему тупоумию, напрасно тратит труд и время. Напротив, мы найдем немалое число людей восприимчивых и способных к учению. Это заключается в природе человека: как от природы дано птицам летать, коням бегать, диким зверям быть свирепыми, так нам достались в особенный удел разум и понятливость; это заставляет думать, что наша душа небесного происхождения…. Доказательством этого служит то, что дети подают иногда блестящие надежды, которые потом, с годами, исчезают; следовательно, не природа виновата, а недостаток воспитания служит тому причиной. Я согласен, что один имеет более ума, чем другой; это доказывает только, что один может сделать больше другого, однако не найдешь никого, кто бы не достиг чего-нибудь прилежанием.…

И я также принимаю во внимание возраст: не хочу, чтобы ребенка принуждали к учению, не требую от него полного прилежания. Советую еще всего более остерегаться, чтобы ребенок не возненавидел учения, которое полюбить еще не имел времени, и чтобы, испытав однажды горечь, не страшился ее и в зрелом возрасте. Учение должно быть для него забавою; надо поощрять его то просьбами, то похвалами, доводить его до того, чтобы он радовался, когда что-нибудь , выучит, и завидовал, когда станут учить другого, если сам вздумает полениться; чтобы соперничал в успехах со своими сверстниками и часто считал себя победителем; для этого не лишни и награды, которые для этого возраста бывают заманчивы.

Также не всякое чтение и не всегда требует помощи наставника. А без чтения как приобрести сведения о многих писателях? Итак, для назначения занятий на целый день требуется немного времени, и потому преподаваемое одному ученику может относиться и к другим, в каком бы числе они ни были. Есть еще предметы, которые должны предлагаться всем вместе. Я не говорю о задачах для сочинений и декламациях учителей риторики; как известно, это делается для одного таким же порядком, как и для большего количества учеников. Голос учителя не уменьшается, как обед, от числа участвующих, но действует на каждого, как солнце с одинаковым светом и теплотою. Когда учитель грамматической школы рассуждает о языке, разрешает недоумения, объясняет стихотворца или историка, он обучает всему этому, сколько бы ни было слушателей.

Но, возразят мне, при большом числе учеников не достанет времени пересмотреть и исправить упражнения каждого. Я не отрицаю этого неудобства; но в чём оно не встречается? Сравним только с ним и выгоды. Я и сам не советую посылать мальчика в такое училище, где не было бы за ним присмотра….всякий сколько-нибудь просвещенный наставник, заметив в ученике прилежание и способность, обратит на него внимание и для собственной своей чести. Впрочем, хотя бы и следовало осуждать многолюдные училища (с чем, однако, я не совсем согласен, если это многолюдство происходит от достоинств наставника), но из этого не следует, чтобы нужно было осуждать все вообще училища. Ведь одно дело — избегать и другое — выбирать….и сами учителя не могут говорить перед одним учеником с таким жаром и силою, какими бывает проникнута их речь в многолюдном собрании. Настоящим очагом красноречия служит душа; для нее нужно возбуждение, нужно, чтобы она наполнялась образами и сливалась, так сказать, с теми предметами, о которых говорим. И чем благороднее и возвышеннее душа, тем сильнее должны быть те двигатели, которые служат для ее возбуждения; поэтому похвала возвышает ее, борьба увеличивает ее силы, и она всегда стремится к великому. Мы чувствуем какое-то тайное отвращение к проявлению пред одним слушателем своего красноречия, которое приобретается такими большими трудами; даже стыдно бывает отступать тогда от обыкновенной речи. И в самом деле, представим себе человека, который пред одним учеником стал бы говорить со всеми ораторскими приемами, громким голосом, с особого рода жестами и произношением, одним словом, со всем напряжением душевных и телесных сил: не покажется ли он похожим на безумного? Конечно, не было бы между людьми красноречия, если бы всякий из них говорил один на один.

Вопросы и заданияк тексту.

1. С какого возраста Квинтилиан рекомендовал римлянам начинать процесс обучения детей?

2. Какие обучающие методики использовали римские педагоги? Перечислите сохранившиеся до наших дней методы, которые использовали в обучении древние римляне.

3. Почему Квинтилиан советует не пренебрегать обучением ребенка в коллективе?

4. Как вы думаете, почему римляне столько внимания уделяли обучению в целом и ораторскому искусству в отдельности? ____________________

Задание 8. Соотнесите даты и события:

Событие Дата
Основание города Рима 510 г. до н.э.
Первые Олимпийские игры 754-753 г. до н.э.
Реформы Солона в Афинах 313 г.
Возникновение Римской республики 594 г. до н.э.
Греко-персидские войны 395 г.
Издание Миланского эдикта о веротерпимости 776 г. до н.э.
Разделение Римской империи на Восточную и Западную 500-449 гг. до н.э.
Ранняя Римская империя (принципат) 218-201 гг. до н.э.
2- я Пуническая война 27 г. до н.э. – 193 г.

Общее количество набранных баллов по теме 4: _______________

Преподаватель:________________

Приложение 1. Памятка по составлению семейных гербов (эмблем)[20].

Герб – это символический опознавательно — правовой знак, собственный, изобразительно оформленный и утверждённый согласно строго определённым правилам.

Основная функция герба заключается в том, что он служит постоянным отличительным знаком – человеку, роду, региону, городу, государству, обществу или учреждению. Соответственно выделяют родовые, земельные, государственные гербы.

Первоначально герб был личной эмблемой рыцаря. Личный герб мог рассказать очень многое. В нём зашифрована целая история рода рыцаря. Имело значение всё: расцветка полей, расположение полос, линий, вставки, форма самого щита и т.д. По гербу можно было узнать и принадлежность стране и объединение знатных родов. Герб мог рассказать, каким по счёту ребёнком в семье был его носитель, какому полу он принадлежал. Усечённый или перевёрнутый герб говорил о том, что какой-то предок покрыл позором весь свой будущий род.

Когда придумывается герб или эмблема, то внимание уделяют и цвету и предметам, расположенным на нём.

Цвет в геральдике:

Красный – символ храбрости и мужества, а также символизирует кровь, пролитую за веру, государя, отечество.

Синий – символизирует красоту.

Голубой – символ величия, верности, безупречности, а также символизирует развитие, движение вперёд, надежду, мечту.

Зелёный – символ надежды, молодости, радости и изобилия, плодородия, свободы, покоя и мира.

Чёрный – говорит о печали, благоразумии и смирении. Кроме того, символ образованности, скромности, осторожности.

Жёлтый и белый – сравниваются с драгоценными металлами – золотом и серебром. Золотой – символ богатства, серебряный – чистоты.

Животные и насекомые в гербах:

Бык – символ труда и терпения.

Волк – жадности, злости и прожорливости. Помещается в гербах в знак победы над жадным, злым противником.

Ворон – предусмотрительность и долголетие.

Голубь – символ смирения и чистоты, святого духа.

Дракон – символизирует силу и могущество.

Змея – символ мудрости, добра и предрасположенности.

Кошка – символ независимости.

Лев – символ власти, силы, храбрости и великодушия.

Пчела – символ трудолюбия и неутомимости.

Сова – символ мудрости, смекалки и расторопности.

Растения в гербах:

Дубовый лист – символизирует силу, могущество, прочность, борьбу и победу.

Колос – земледелие, богатство земли.

Оливковая ветвь – символ мира и процветания.

Другие символы:

Меч – готовность к защите отечества, рода, города от врагов.

Молот – символизирует упорный нелёгкий труд.

Приложение 2.Методические рекомендации по подготовке и защите учебного проекта по дисциплине «История».

Учебный проект – это самостоятельная познавательная, творческая или игровая деятельность студентов по исследованию или исследованию и решению какой-либо проблемы, направленная на создание результата в виде реального объекта или разного рода теоретического (интеллектуального) продукта.

Типы учебных проектов:

Формы представления результатов проекта:

Этапы проектной деятельности:

Розанов Л.Л. выделяет следующие этапы проектной деятельности[21]:

1. Организационно-подготовительный (выбор темы; определение задач проекта; поиск проблемы; составление предварительного плана; определение участников, методов, приемов исследования; овладение терминологией).

2.Поисково-исследовательский (разработка программы исследования; сбор и изучение необходимой информации; непосредственное исследование на основе применения методов наблюдения, эксперимента, анализа и синтеза).

3.Отчетно-оформительский (составление названия исследовательского проекта; изложение проекта).

4. Информационно-презентативный (защита проекта; самооценка и оценка проектов).

Критерии оценки проектной деятельности студентов[22]:

1. Формулировка проблемы, цели, задач и предмета исследования.

2. Формулирование гипотезы.

3. Четкость структуры проекта.

4. Актуальность и социальная значимость, состояние изученности темы.

5. Раскрытие задач проекта.

6. Сопряженность задач и выводов.

7. Наличие экспериментальной части.

8. Оформление текста проекта в письменном виде (в отдельную тетрадь или папку).

9. Взаимодействие партнеров (если речь идет о групповых проектах).

10. Презентация (наглядность).

11. Соблюдение этапов проекта и регламента защиты.

На защиту проекта отводится 7-10 мин.

Действия студента или группы студентов на защите проекта:

1. Представление название проекта, автора (группы авторов), учебной группы.

2. Ознакомление слушателей со структурой проекта, с идеей, взятой за основу проектирования, с проблемой или проблемной ситуацией,

3. Озвучивание цели и задач, хода исследования.

4. Подведение выводов.

5. Озвучивание названий используемых при подготовке проекта источников и литературы.

ВАЖНО!Не следует весь объем отобранной и переработанной информации представлять на суд слушателей, на защите проекта озвучиваются выводы по проделанной работе, а заинтересовавшиеся слушатели могут в индивидуальном порядке ознакомиться с текстом исследования.

Для заметок

[1]Артемов В.В. История для профессий и специальностей технического, естественно-научного, социально-экономического профилей: учебник для спо: в 2 ч.- М.:Издательский дом «Академия», 2014.

[2]Шамаш -в вавилоно-ассирийской религии и мифологии один из главных богов, бог солнца, символ справедливости

[3]Мардук – главный бог города Вавилона.

[4]Имеются в виду «шесть искусств», почитавшихся конфуцианством: ритуал, музыка, стрельба из лука, управление колесницей, письмо и математика.

[5]Чжухоу — правители наследственных владений, представители высшей аристократии.

[6]Панафинеи — праздник в честь богини Афины, справлялся раз в четыре года в конце июля.

[7]Фила — в IV веке до н. э. — территориальная единица Аттики, всего их было 10.

[8]Притания — дежурная часть Совета, которая составлялась из членов одной филы.

[10]Архонты — должностные лица в Афинах, исполнявшие различные государственные обязанности.

[11]Драхма — древнегреческая монета, весом примерно в 4,3 г серебра.

[12]Обол — древнегреческая монета, равная 1/6 драхмы.

[13]КефалГергитий— кроме сообщения Дионисия, никаких больше сведений о нем не имеется.

[14]Эней— легендарный царь дарданов, одного из племен Малой Азии, по преданию, после разрушения города Трои бежал в Италию и стал «родоначальником» римского народа.

[15]Логографами называли в Греции авторов первых прозаических произведений (VI—V вв. до н. э.).

[16]Альба— один из древнейших городов Средней Италии.

[17]Отцом Вергилий называет Юпитера — верховного бога древних римлян.

[18]Киферея – одно из прозвищ древнеримской богини Венеры.

[19]Вергилий. Энеида.1. 255-275.

[20]Байрамова Л.Р. Памятка по составлению семейного герба [Электронный ресурс:]. – Режим доступа:http://www.ivalex.vistcom.ru/konsultac/konsultac2737.html. 20.07.2014 19:12:00.

[21]Малышева Я.В. Этапы проектной деятельности [Электронный ресурс:]. – Режим доступа:http://grantproject.ru/publ/konferencija_po_proektnoj_dejatelnosti/obshhie_voprosy_proektnoj_dejatelnosti_v_obrazovanii/ehtapy_proektnoj_dejatelnosti/17-1-0-204. 30.07.2014 11:20:00.

[22]Шевченко Н.И.История для профессий и специальностей технического, естественно-научного, социально-экономического профилей. Методические рекомендации. М.:Издательский центр Академия, 2013. – С.18.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: